Форум » Оккупированные территории » Вы съесть изволили мою морковь! » Ответить

Вы съесть изволили мою морковь!

Серж: 20 октября 1812 года, около десяти часов утра

Ответов - 45, стр: 1 2 3 All

Александр Морозов: - Неплохо, весьма неплохо, - Александр потрепал куафера по плечу, - только поверят ли? Тут бы еще добавить... хм... случайностей. Оборонить, например, - молодой человек даже замер от пришедшей ему в голову мысли. - Ты это, погоди-ка, дай я посмотрю, что у тебя там получилось. Он взял чистый лист и, забрав у Сержа перо, тщательно перерисовал карту. Через несколько минут Морозов, чтобы скорее высохли чернила, помахал листком и, посмотрев на живописные кляксы оригинала, а затем на свой рисунок, с сожалением скривился: - Э-эх, красиво, оно, конечно, красиво... но уж больно четко выписано. Здесь на неаккуратность переписчика не пожалуешься, сам понимаешь. Юноша в раздумьях повертел листок в руках, и лицо его озарилось той особой улыбкой, от которой у дворни семьи Морозовых начинало нехорошо щипать в носу. Он несколько раз сложил самодельную карту и с силой стал тереть по столу, стараясь, чтобы основное усилие было направлено на линию сгиба.

Серж: Серж, едва не вмешавшийся в дела своего барина, когда тот помахал картой в воздухе, прикусил язык, наблюдая за манипуляциями Морозова. Если чернила еще не успели высохнуть, на бумаге останется такая путаница линий, что разобраться в ней вряд ли будет кому под силу… но ведь не думает же тот, что французы будут шарить по его карманам – или все же будут? – Надо бы еще в лесу что-нибудь припрятать, – предложил он. – Эх, если бы мы знали еще, как партизан предупредить…

Александр Морозов: Александр встрепенулся. В словах собеседника ему показался скрытый намек, но как в том признаться крепостному, что сам он пребывает в неведении? Что уж греха таить, как бы хорошо Морозов не относился к Сержу, но барин - он барин и есть. Поэтому молодой человек что-то невнятно промычал и, уже окончательно измусолив бумажку, аккуратно оторвал по линии сгиба - вроде как протерлось. Он сравнил свой рисунок с рисунком куафера и удовлетворенно кивнул - самодельная карта выглядела изрядно потрепанной, и не скажешь, что буквально несколько минут назад это был девственно чистый лист бумаги. Оторбрав тот обрывок, на котором не было никаких конкретных указаний, Александр еще немного помял его в руках и, показав Сержу, убрал кусок карты за голенище. - Обороню при случае, не хочу в кармане носить. В сапоге - оно надежней будет, - пояснил он а задумчиво добавил. - А про лес - хорошая задумка, и ты прав, дружочек Серж, хорошо было бы партизан предупредить. Морозов запрокинул голову и, недобро усмехнувшись, процедил сквозь зубы: - Неплохой мог бы выйти подарочек. Знать бы, кому дарить.

Серж: Серж выразительно вздохнул, в глубине души начиная раскаиваться во всей затее – ссориться с французами ему было ни к чему, а от партизан ждать таким, как он, было нечего: барин он и в лесу барин, а крепостной – по всей Руси крепостной. Однако не говорить же Александру Николаевичу – лучше согласиться и переждать, пока тот сам не забудет… если забудет. Подавив резонные сомнения, он широко и фальшиво улыбнулся. – Ежели узнаем, еще одну карту нарисовать недолго, n’est-ce pas? В этот миг в голове Сержа зашевелилась новая, весьма своеобразная мысль, и он в задумчивости прикусил нижнюю губу.

Александр Морозов: - Опять ты, Серж, по-французски, - с укором произнес Морозов, не задумываясь о том, что и сам произносит имя куафера на тот же манер. Он порвал на мелкие клочки остатки второй карты и со смаком потянулся. Заманчивые картины пронеслись перед его глазами и он не заметил странного выражения лица крепостного. - Ступай уже, - сказал, наконец он и, не выдержав барского тона, ухмыльнулся, - только будь уж поаккуратнее, а то сегодняшняя водица тебе раем покажется, - и, живо представив мокрого, как цыпленка, Сержа, весело расхохотался.



полная версия страницы